Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что должен сделать глава МВД Игорь Шуневич, чтобы вернуть веру общественности в милицию?
лично пройти испытание на детекторе лжи и опубликовать результаты в СМИ
снять с ОМОНа функции обеспечения правопорядка
инициировать неучастие милиционеров в суде в ранге свидетелей
расформировать ГАИ по украинскому опыту
уволить сотрудников, замешанных в громких скандалах
Шуневича спасёт только отставка
№25 (291) 25 июня 2001 г. Общество

ОБДАТЬ ХОЛОДНЫМ ДУШЕМ... белорусские спецслужбы

25.06.2001
Римас СТАУМПЕ

У Леонида Волка, экс-генерального директора СП "Метинком", типичная судьба "беглого" белорусского бизнесмена: прилично раскрученный (в подавляющем большинстве случаев в тесной связке с государством или прямо за счет его ресурсов) бизнес, после - попытки поиграть в самостоятельность, поддерживая неких оппозиционно настроенных граждан, то "игры" на подконтрольных же власти сегментах рынка в опрометчивой надежде на безнаказанность и бездеятельность "обделенных", но более близких к "телу". Далее - закономерный финал.

Господин Волк удивлен. Скоропалительно покинув Беларусь в конце 1997г., он до сих пор недоумевает, почему "гончий лист" в Интерпол белорусские органы отправили лишь в начале 1999г. "Какая муха их укусила в 1999г., я ведь уехал в 97-м. Мне потом передали, что в прокуратуре нашелся кто-то из высокопоставленных чиновников, который вдруг заявил, что я скрываюсь от следствия. Хотя я благополучно жил в Израиле, передвигался свободно в любую страну мира", - сетует Волк.

Исполняли ли органы чей-то "заказ" - всего лишь предположение. Тем не менее варшавский суд 19 апреля этого года удовлетворил апелляцию Волка, предоставив ему возможность дожидаться решения об экстрадиции на свободе, но в пределах Польши. Поначалу в "гончем листе", на основании которого он был задержан в варшавском аэропорту Окенче в феврале этого года, утверждалось, что глава "Метинкома" не предоставил адекватную информацию о том, что привело к убыткам его кредитора - "Белвнешэкономбанк". Довольно запутанная квалификация обвинения польский суд впечатлила. "Когда меня притащили в суд в наручниках в присутствии дежурного адвоката, судья у меня спросила: "Ты мне объясни, в чем тебя обвиняют?" - вспоминает Волк.

Возбудить дело не сложно. Куда сложнее представить неопровержимые доказательства вины беглого бизнесмена, способные привести польский суд в ужас от содеянного им на родине и создать-таки прецедент экстрадиции хотя бы одного белорусского бизнесмена. Тем более что Волк предъявил польским судьям беспроигрышный аргумент - он финансировал оппозицию. За что, мол, и пострадал.

Итак, в середине февраля генпрокурор Виктор Шейман прислал на имя министра юстиции Польши Леха Качиньского письмо, в котором сообщил, что Волк обвиняется уже в сокрытии доходов и прибыли, хищении имущества путем присвоения, растраты и злоупотреблении служебным положением. Полякам были представлены несколько расходных кассовых ордеров, по которым Волк якобы получил в кассе литовского ЗАО "Финмедия" с декабря 1995г. по 29 октября 1996г. $720 тыс. наличными в виде процентов по размещенным депозитам и предоставленным займам.

"У нас есть святая уверенность, что эти ордера никогда не фигурировали в балансе компании. Это - липа", - говорит Волк. История и в самом деле любопытная. Рискнем предположить, что наши органы ввязались в невероятно запутанную головоломку. Все дело в том, что Волк насколько успешно и, как оказалось, вполне прозрачно (по сути обвинения за совершенные им якобы в Беларуси преступления сняты) занимался предпринимательской деятельностью на родине (до момента своего отъезда из Беларуси сфера деятельности СП "Метинком" простиралась от участия в проекте по добыче золота через подконтрольную ему "Сибирско-белорусскую компанию" в Иркутской области до спонсирования топовых культурных событий Минска), настолько опрометчивым оказался его финансовый бизнес в Литве. Как утверждают адвокаты беглого бизнесмена, главный козырь белорусских спецслужб - расходные кассовые ордера - таковым на самом деле не является. Есть все основания предполагать, что на каком-то этапе многоходовых финансовых операций подконтрольных г-ну Волку фирм с литовскими финансовыми компаниями и банками бизнесмен стал жертвой собственной излишней доверчивости. Ставка почти в 40% годовых по депозитам в долларах США (!) - эта безрассудная игра с банками рано или поздно заканчивается фиаско для тех, кто вовремя не успел вывести деньги. Пару раз Волк не успел. А пять извлеченных белорусской прокуратурой ордеров, опять-таки по утверждению адвокатов, - это своеобразный "подарок" Волка своему литовскому партнеру. В роли партнера выступал сам гендиректор "Финмедия", который в собственноручно подписанные Волком ордера вписывал уже своей рукой необходимые суммы в долларах США и литах. Так набежали те самые $720 тыс., которые этот бизнесмен получил в кассе "Финмедия", имея на руках доверенность от г-на Волка.

Так или иначе, но обещанные белорусской стороной сроки предоставления дополнительной информации по второму обвинению бизнесмена истекли. Запрос наших органов может окончательно повиснуть в воздухе, поскольку г-н Волк вовремя успел обзавестись израильским гражданством и по законодательству автоматически потерял белорусское.

Судя по всему, имея поручительство, залог, при гарантиях по первому требованию явиться в варшавский суд и при ходатайстве израильского МИДа путь у него один - на землю предков.

О своих злоключениях г-н Волк любезно согласился рассказать корреспонденту "БГ".

- Леонид, ты полагаешь, что твои беды начались с политики?

- Да, в 1997г. меня начали "щемить" по политическим причинам. Собственно, я и не скрывал своих связей с ОГП и БНФ. "Метинком" подвергся шести проверкам различных органов. Мои осведомленные источники настоятельно предлагали мне выбрать - или политика, или бизнес. В противном случае меня "закрывают", а потом, найдя формальные нарушения, ликвидируют бизнес. Я решил не рисковать - немного чести оказаться "первым" - и выехал в Израиль. И не ошибся. Тогда власти, особо и не таясь, приступили к вычищению очагов финансирования белорусской оппозиции.

- В первоначальной формулировке "гончего листа", по которому тебя задержали по запросу Интерпола, ты обвинялся по сути в хищении кредитных ресурсов "Бел-внешэкономбанка"?

- До момента моего отъезда "Метинком" добросовестно платил проценты по кредиту ВЭБа - речь шла о кредите в $4,5 млн. под разработку золотого рудника в Сибири, которую осуществляла ЗАО "Сибирско-белорусская компания" (контрольный пакет акций ЗАО принадлежало "Метинкому"). Уверен, что банк сам себя загнал в угол, поскольку, как только ему стало известно о том, что я не собираюсь возвращаться в страну, ему надо было реализовать свое право на управление активами "СБК". Менять руководство компании, что не сделало бы ситуацию столь плачевной.

Я не могу отвечать за банк, который практически за бесценок реализовал нашу промбазу в Шабанах: по оценке независимого аудита, нанятого БелВЭБом, ее стоимость составляла свыше $1 млн., а реализована в счет погашения кредита "Метинкома" за $40 тыс. Аналогичным образом они проворонили всю технику на $12 млн., закупленную "СБК". Я не могу отвечать за столь щедрую и, надо полагать, отнюдь не бескорыстную политику некоторых руководителей БелВЭБа.

- Ты по-прежнему настаиваешь, что претензии БелВЭБа не по адресу?

- Сегодня я не обладаю всей полнотой информации, но, по имеющимся в моем распоряжении сведениям, "СБК" под управление банка не попала. У "Метинкома" были прекрасные шансы управляться не государством, а его кредитором - БелВЭБом, который имел возможность получить в залог акции "Метинкома", а через них и контроль над "СБК". А теперь можно кричать: Волк всех кинул, Россия и Беларусь его разыскивают, а бессовестные поляки не выдают.

- Вскоре после твоего задержания в интервью "БГ" один из конкурсных управляющих "Метинкома" заявил, что полученные под залог золотодобывающей техники кредитные ресурсы ты разместил на депозиты в литовской финансовой компании "Финмедиа". А процентные доходы снимал лично ты, причем приходные ордера в кассе "Метинкома" не обнаружены.

- У меня очень большие подозрения, что распространение этой ложной информации очень выгодно самой ликвидационной комиссии. Все приходные ордера, по которым якобы я в 1995-96гг. получал деньги в "Финмедиа", - "липа". Я утверждаю, что совершенно точно не получал и не мог по законодательству Литвы получить такие деньги.

- Намекаешь, что, пока ты физически не можешь приехать в Литву, где идет судебное разбирательство по иску "Метинкома" к Литовскому земельному банку по поводу "зависшего" депозита с процентами на $6 млн., ликвидаторы "Метинкома" рассчитывают, так сказать, успеть первыми к деньгам?

- Я не думаю, что они имеют какую-то корысть. Вся суть в том, что в балансе "Метинкома" отсутствуют эти пресловутые ордера. Однако все может быть... Ликвидационная комиссия имеет право требования, но не право собственности на депозитные ресурсы. Это разные вещи.

- Все-таки деньги, размещенные в Литве, - это часть кредита "Белвнешэкономбанка"?

- Это очередная сказка белорусских органов. Эти деньги принадлежат кипр-скому оффшору "Кливерли", занимающемуся финансовыми операциями на мировом рынке. "Метинком" размещал деньги "Кливерли" согласно агентскому соглашению.

- В запросе о выдаче тебя Беларуси Шейман утверждает, что "Метинком" перевел в "Финмедиа" $1,15 млн., а полученные проценты по депозитам ты утаил от налоговых органов.

- В связи с этим у меня возникает вопрос: от каких органов и что я утаил? От белорусских или от литовских? Деньги-то поступили не из Беларуси и не в Беларусь. При помощи каких-то сомнительных ордеров мне пытаются предъявить обвинение, что я якобы снял $720 тыс. наличными. Но литовские же налоговики не имеют ни ко мне, ни к "Финмедиа" никаких претензий. А вот Беларусь почему-то имеет. Подозреваю, что стал жертвой тривиального мошенничества. И у меня есть масса иных аргументов в пользу своей абсолютной невиновности, о которых до решения суда об экстрадиции я пока бы предпочел не распространяться. Но эти факты, уверяю вас, прольются на головы белорусских спецслужб холодным душем.

- Еще одно обвинение в твой адрес. Конкурсный управляющий "Метинкома" утверждает, что ты, будучи председателем "СБК", от имени директора компании подделал доверенность и получил в московском "Токобанке" кредит в $4,5 млн. Деньги опять-таки ушли в Вильнюс на депозит.

- В этом же ряду сплетня о том, что меня якобы разыскивал Интерпол не только по запросу белорусской, но и даже российской стороны. Действительно, я работал по этому кредиту вплоть до конца 1997г., когда покинул Беларусь. Повторю, поспешно покинул по независящим от меня обстоятельствам. Тем самым оставив свой бизнес в Беларуси на произвол судьбы. Естественно, что вся работа по получению кредита "зависла".

Минск - Варшава - Минск
Добавить комментарий
Проверочный код