Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№23 (289) 11 июня 2001 г. Общество

АЛЕКСАНДР ПУПЕЙКО: "Я - В ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЭМИГРАЦИИ"

11.06.2001
Отдел политики

Экс-президент некогда одного из крупнейших частных предприятий Беларуси ЗАО "Пуше" Александр Пупейко, эмигрировавший из страны в 1996г., в декабре 1997г. был задержан в варшавском аэропорту "Окенце" по запросу Интерпола. Аргументы белорусских правоохранителей на польский суд не произвели впечатления. Отсидев 41 день в варшавской тюрьме, г-н Пупейко в 1998г. получил статус политиче-ского беженца.

- Г-н Пупейко, накануне нашей с вами встречи в прокуратуре Минска нас заверили, что вы по-прежнему находитесь в розыске по линии Интерпола и вам запрещено покидать пределы Польши.

- Полный бред. Есть несколько стран, куда я, как и все нормальные люди, въезжаю без виз: Германия, Франция, Голландия и др. В некоторые - по визам, как раз сегодня я приехал сюда за визами. Подобные заявления прокуроров - лишнее подтверждение их профессионального уровня. В Варшаву я приезжаю чаще всего по делам бизнеса. Живу в Германии.

- Согласитесь, что история с закатом "Пуше" до сих пор покрыта мраком. Слухи ходят самые разные: то ли в 1996г. вы приняли окончательное решение расстаться с Беларусью и перенести бизнес в другие страны по политическим соображениям, то ли покинуть страну вас просто вынудили соображения чисто финансовые - холдинг стал испытывать острейшие финансовые проблемы. Что произошло на самом деле?

- 1996г. стал для меня и компании переломным. В мае "Пуше" подала иск о признании ее временно неплатежеспособной. В августе суд иск удовлетворил, что позволило нам зафиксировать требования кредиторов и дало возможность спокойно заниматься проблемой реструктуризации. В октябре я перенес инфаркт, потом длительное время проходил реабилитацию.

Бизнес, которым на тот момент владели 4 человека, - Шентак, Борейко, Пупейко, Чернышевич (у меня было примерно 29% акций) - сворачивать мы и в самом деле не собирались. У нас все-таки 5 тыс. людей работало, а когда у тебя задолженность $12 млн., имущества более чем на $50 млн., трудно все сразу бросить. Существовали серьезная проблема кратковременной ликвидности, невозможность купить валюту под огромное количество валютных контрактов и еще большее количество оборотных средств, замороженных в товаре. Плюс регулярные выплаты процентов по дорогим кредитам. Помню, как в октябре 1996г. мы купили корабль на пять тысяч машин, начали их здесь продавать, а в апреле следующего года узнали, что надо доплачивать пошлину.

Благоприятное решение суда давало возможность некоторое время спокойно заниматься возвратом кредитов. За 8 месяцев была приготовлена и реализована схема примерно на $6 млн. Реструктуризация задолженности с помощью не очень сложной процедуры перемены собственника. Планировалось продать весь бизнес "Пуше" лизинговой компании, которая назначила бы новый менеджмент.

- В новой схеме место для себя предусмотрели?

- Я был ее инициатором и рассчитывал, что меня сохранят в качестве важного элемента этой схемы.

- А проблемы политического характера испытывали?

- В то время я слабо на них реагировал. К сожалению, если бы вовремя убедил своих партнеров, мы бы не создавали такой гигантской собственности в Беларуси.

- Аукнулся ваш отказ финансировать предвыборную кампанию Лукашенко?

- В первый раз он на нас "наехал" 2 августа 1994г., обвинив в том, что мы якобы украли деньги и не рассчитались за литовские газовые долги. Предложения финансировать кампанию Лукашенко действительно поступали через Булахова и Гончара. Причем в ультимативной форме. Когда на меня давят, я отвечаю грубостью. Это, так сказать, видимый уровень. А невидимый - Лукашенко не нравятся самостоятельные фигуры, да еще имеющие собственность. К тому же я был против определенных моментов его антикоррупционного доклада в парламенте накануне выборов. Я знал: все то, что он говорил или планировал говорить по поводу "Белагропромбанка", - домыслы. И всеми доступными для меня способами пытался сначала разъяснить, а потом просто дезавуировать.

- У вас был интерес к "Белагро-промбанку"?

- У меня был интерес к правдивой информации. И, безусловно, экономический - у меня было примерно 3,5% уставного фонда, а с аффилированными структурами - еще больше. Это крупный пакет акций.

- Не думаете ли о том, что в случае, если бывший глава этого банка и экс-премьер Чигирь станет реальным кандидатом в президенты, ваши прежние деловые связи обрастут новыми-старыми подробностями? Особняк Чигиря под Минском, престижная иномарка, якобы купленная им у вашей компании, а потом реализованная ей же, но по цене в несколько раз выше первоначальной и т.д.

- У меня к части сотрудников спецслужб хорошее отношение, часть из них занимается конкретным делом. Бандитами, ворами, например. Другая же часть меня угнетает катастрофически низким профессиональным уровнем и человеческими качествами. Подтверждение этому - ваш пример с иномаркой. В ноябре прошлого года я посетил варшавскую прокуратуру в качестве свидетеля: сюда приехал крупный чин из Следственного комитета белорусского МВД. Когда при мне поляки ругают Беларусь и белорусов, мне становится не совсем приятно. А из 4 часов 3,5 часа прокуроры издевательски смеялись над этой ситуацией. Но они были вынуждены исполнять договор о правовой взаимопомощи между нашими странами. Мне показывали кредитные договора, подписанные не мной и вообще не "Пуше" и ее структурами. Вопросы касались и пресловутого дома Чигиря. В 1995-96гг. уже было заведено уголовное дело по этому поводу. Показания мои и работников "Пуше" были тщательно задокументированы, в т.ч. и по оплате. Дело потом благополучно закрыли, потому что "Пуше" к нему непричастно. Чигирь, насколько я знаю, строил за свои деньги. Ну не удастся им через меня накопать компромат на Чигиря!

- Как так получилось, что вы фактически разошлись со своими партнерами?

- После признания судом экономической несостоятельности холдинга политическая ситуация стала уж больно горячей. Мне неоднократно рассказывали из разных источников, что "сверху" дана команда активизировать операцию "Куст", начатую еще в 1995г. и направленную на разгром "Пуше". Компания доработала до майских праздников

97-го, хотя, повторю, никто и не собирался ликвидировать всю огромную собственность при наличии стольких оборотных средств. Ко мне в Германию, где я находился с октября 1996-го, приехали партнеры и стали убеждать, что все давление на "Пуше" связано исключительно с моей персоной. И если я уйду, давление прекратится. И убедили, грубо говоря, заставили в это поверить. Да я и не очень-то сопротивлялся, инфаркт сделал свое дело. Тем временем реструктуризация "Пуше" была в самом разгаре, и ее положительные эффекты сказываются до сих пор. Сегодня в Беларуси существует приносящий доход бизнес, но для меня он был закончен в первой половине 1997г. Единственная ниточка, которая меня с ним связывала, - это попытки финансировать его из Австрии и Германии. Только 12 декабря 1997г., когда меня задержали в варшавском аэропорту по запросу белорусских властей, я узнал, что против меня еще 8 октября того же года было заведено уголовное дело.

- Что же сегодня осталось от "Пуше"?

- В свое время я допустил ошибку. Надеялся принять участие в деятельности структур, которые возникли внутри "Пуше" или вместо "Пуше". Но я переоценил свое влияние и возможности. Тем не менее автомобильная часть бизнеса действует, все, что связано с его инфраструктурой, в частности, станции техобслуживания в Минске и не только. Собственники - группа бывших менеджеров "Пуше", среди которых два моих бывших партнера.

- Крупные белорусские бизнесмены первой волны покинули страну по разным причинам. Кто-то пребывает в чисто экономической эмиграции, кто-то по политическим соображениям, а кто-то, преследуемый правоохранительными органами и криминальными группировками, по соображениям личной безопасности. Вы в какой эмиграции пребываете?

- Я - в человеческой эмиграции. Это если откровенно.

- Ваши бывшие конкуренты, ныне вполне мирно уживающиеся с властями, тоже когда-то начинали с нуля, с кредитов от госбанков.

- Я начинал с интеллектуальной собственности. Наиболее прибыльный бизнес, которым я когда-либо занимался, - торговля софтверами. А самая главная заслуга "Пуше" в том, что всю инфляционную прибыль мы пускали на развитие. Это сказалось - было около $50 млн. собственности. И уже на последующих этапах в игру вступили кредитные ресурсы. Кстати, вы знаете, почему меня сегодня так лениво "достает" "Белагропромбанк"?

- Когда-то "Пуше" приносило банку приличные доходы за пользование кредитами.

- Да, около $18 млн. А вот когда банк получил контроль над "Пуше", некоторые персоны совершенно конкретно "нагрелись". И у меня есть абсолютно достоверные доказательства. В Приморье под Минском мы построили коттеджный поселок (когда я был в Германии, денежные потоки на строительство не останавливались; это, кстати, одна из претензий к моим бывшим партнерам - они продолжали строительство, зарывая гигантские деньги в Беларусь). Так вот мебель стоимостью DM500 тыс., завезенная в поселок, была продана для компенсации задолженности "Пуше" за $8 тыс. Сам же поселок, оцененный банком в $1,6 млн., продан или собирается быть проданным за $40 тыс. Существуют и другие примеры, не менее вопиющие. Погашать задолженность компании перед банком - очень сладкий бизнес.

- И все же в чем разница между Пупейко и теми бизнесменами, которые отстроили свои взаимоотношения с властями?

- В степени внутренней независимости.

- Они же не бескорыстно с властью работают.

- Безусловно. Это очень даже взаимовыгодное сотрудничество. Судьбе некоторых из них я не позавидую, они вынуждены жить, задавливая свои здоровые инстинкты. И это сильно разрушает людей, в т.ч. и тех, кто даже прорвался в органы исполнительной и законодательной власти.

- Но ведь это своеобразная форма защиты от возможных преследований, которые обрушились на "Пуше". Уничтожить любой бизнес в нашей стране - дело техники.

- Да, на каком-то этапе мне трудно было противостоять этой машине. И в том, что она тупая и огромная, - ее преимущество. Но если приспособиться, то ее можно обыгрывать, нужно обыгрывать, и, надеюсь, я ее обыграю. Я вложил в Беларусь конкретные деньги, и даже ангажированному прокурору трудно мне сказать: "А пошел ты на..." Я пять лет пользуюсь теми преимуществами внутренней свободы, которая необходима человеку. И теми благами цивилизации, которые уже даже в Польше сильно заметны.

- Бывший генпрокурор Божелко как-то заявил, что в результате совместных действий правоохранительных органов в Австрии были обнаружены и арестованы открытые на ваше имя банковские счета на сумму 8 млн. шиллингов. Это правда?

- Мы вторгаемся в область уж сильно приватную...

- Но эта информация публично озвучена...

- Все неправда. Начиная с того, что недостоверно указана сумма на счете. Это частный счет - семейные средства, чтобы иметь возможность в Австрии организовать бизнес. Сосредоточены они были на депозите в банке "Кредиттеншталь". С 1993г. я работал в т.ч. и в Германии в качестве очень высокооплачиваемого менеджера, платил налоги, размещал деньги на депозиты. Я довольно много заработал, что мне позволило в течение двух лет противостоять грубым наездам австрийской прокуратуры. В 1996г. минские следователи сделали запросы в 25 стран о негодяе Пупейко. Пришел ответ из Австрии, где возникло подозрение в совершении мною преступления, связанного с отмыванием денег. В течение двух лет я отбивался. И наконец-таки они удовлетворились налоговыми объяснениями, полученными из Германии.

(Продолжение следует)

Минск - Варшава - Минск
Добавить комментарий
Проверочный код