Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
Заманчивое предложение: пломба для пломбирования винтов. Сертифицированная продукция.
№11 (277) 19 марта 2001 г. Общество

ПРЕССА ПОД ПРЕССОМ

19.03.2001
Алексей ДЕМЬЯНОВ

Очередной скандал вокруг типографии "Мэджик" поставил под вопрос печать ряда белорусских независимых газет. Все происходящее умышленно переводится исключительно в сферу бизнеса, никакой политики. Будущие виновники уже назначены.

На прошлой неделе не вышел в свет очередной номер газеты “Наша свабода”. Свежий номер можно найти в Интернете, а его печатный аналог не существует в природе. В центре внимания опять оказалась типография “Мэджик”, в которой кроме “Нашей свободы” печатается еще 14 независимых изданий.

КОГДА ВОЛШЕБНИК БЕССИЛЕН

В начале года “Мэджик” уже привлекал к себе внимание, точнее, не он сам, а действия властных структур, арестовавших 9 января печатный станок. Выяснилось, что станок достался “Мэджику” от соросовского Института "Открытое общество”. А поскольку официальный Минск уже подсчитал, сколько недоплатил ему налогов американский бизнесмен и филантроп, решено было обратить в доход государства его имущество. Лишив типографию “Мэджик” средств производства, одновременно около 20 независимых газет потеряли возможность печататься (“БГ” писала об этом в N2). Однако в распоряжении “Мэджика” находится второй станок, арендованный у фирмы “Знамение”. Новый скандал вспыхнул именно вокруг него. Сейчас уже очевидно, что это продолжение новогодней истории с опечатыванием.

Предыстория конфликта вкратце такова. В мае 2000г. Юрий Будько, гендиректор “Мэджика”, и Владимир Дашук, директор “Знамения”, договорились о сотрудничестве. По словам Будько, “идея была в том, что станок “Знамения” работает на полноцветную печать, а “Мэджика” - на черно-белую”. От сотрудничества в выигрыше могли быть обе стороны. “Мэджик” получал еще один станок, а “Знамение” - доходы от сдачи в аренду и часть прибыли. Но при реализации проекта возникли некоторые сложности. По словам директора “Мэджика”, постоянно станок начал работать только с декабря прошлого года: до этого постоянно требовались средства для поддержания его в рабочем состоянии. Недоделки проявились во время эксплуатации станка, а не наладки, хотя акт приемки был подписан Будько еще в июле.

После ареста соросовского станка “Мэджик” размещать на арендованном у “Знамения” станке не только заказы на полноцветную печать, но и загрузил его черно-белыми заказами. Типография “Мэджик” вместо уже запланированного властями простоя продолжала работать, негосударственные газеты по-прежнему печатались.

Через два дня (!) после описания судебными исполнителями печатного станка директор “Знамения” заявил о намерении в одностороннем порядке расторгнуть договор об аренде. Уведомление о своем решении Дашук отправил Будько 11 января. Согласно договору, уведомление должно быть отправлено не позднее чем за 60 дней. Следовательно, день “Х” пришелся на 12 марта. Причина для расторжения договора нашлась быстро: за все время эксплуатации станка арендатор выплатил его владельцу сумму в белорусских рублях, эквивалентную $1.200. Фактически “Знамению” станок приносил не прибыль, а проблемы. По мнению же Будько, был найден “формальный повод".

Печатный станок, принадлежащий “Знамению”, особенно интенсивно использовался именно с января 2001г. По мнению главного редактора “Нашай свабоды” Павла Жука, “Знамение” сделало большое одолжение и газетам, и “Мэджику”, что последние четыре месяца просто давала пользоваться этим станком. По существу “Знамение” занималось серьезной благотворительностью, которая стала для нее чревата обострением отношений с властями”.

Логично предположить, что после получения извещения о намерении расторгнуть договор стороны должны были встретиться для обсуждения перспектив дальнейшей деятельности. Однако за два последних месяца выхода из ситуации найдено не было. Как говорит Будько, “Дашук всегда вел себя крайне корректно, основываясь на пунктах заключенного договора. Мы поговорили по телефону и выяснили, что надо собраться и обсудить. Но так получилось, что за два месяца все, кто должен был участвовать в этих переговорах, были в командировках, потом были другие причины. Теперь я склонен думать, что они уходили от встречи. Мы умудрились за два месяца так и не встретиться, находясь в пяти минутах езды друг от друга. Поэтому просто по умолчанию решение вступило в силу, но на каких условиях - пока неясно”.

В преддверии конфликта, возможно, следовало сообщить о надвигающейся угрозе и редакциям газет, перед которыми нависла реальная возможность невыхода. Но редакции почему-то не были предупреждены. Тем не менее участники конфликта пока не видят в произошедшем политической подоплеки и расценивают происходящее как чисто хозяйственный спор. Например, Будько никак не связывает арест станка и последовавшее за этим заявление о расторжении договора аренды. По его убеждению, “связь может быть умозрительная, чисто логически можно догадаться, что это очень удобный момент перехватить бизнес”. Дашук, в свою очередь, отрицает наличие “двойного дна” в происходящем.

"СВАБОДА" - СВОБОДНА

Пока решается дальнейшая судьба печатного станка, газета “Наша свабода” приостановила выход. Но это отдельная история. По словам Будько, “Мэджик” печатал “Нашу свабоду” бесплатно - уже набежала достаточно значительная сумма: более $10 тыс. за два месяца. К тому же Жук не платил только за печать”. Есть задолженность и за бумагу. По некоторым данным, “Мэджик” печатал “Нашу свабоду” на таких условиях в счет частичной оплаты аренды станка. Хотя юридически “Наша свобода” к “Знамению” не имеет никакого отношения.

По мнению Жука, его газета не печатается только потому, что “Будько желает повлиять на директора “Знамения” Дашука. Мотивация следующая: надавить на Дашука через меня, разорвать со мной, чтобы я повлиял на Дашука, чтобы тот отозвал письмо”.

Что касается задолженности перед “Мэджиком”, то, по заявлению Жука, “на сегодняшний день у меня нет никаких документов, которые бы обязывали меня выплатить какие-то суммы “Мэджику”.

Сейчас “Наша свабода” пытается “влезть в типографию”, найти возможность печататься. Но справедливости ради стоит отметить, что с 12 марта, фактически после окончания расторжения договора аренды, “Мэджик” не может эксплуатировать станок “Знамения”. По мнению Жука, здесь есть еще одна опасность. Газеты печатаются на станке, после окончания срока действия договора его аренды и у налоговых органов могут возникнуть резонные “вопросы” к газетам о легальности тиража. Где они печатались, если по бумагам этого станка нет? Но пока об этом никто не вспоминает.

БЕЗ СТАНКА

Но дело не только в “Мэджике”. По мнению Будько, в Минске “есть шесть мест, где можно печатать газеты: две государственные и четыре частные типографии имеют лицензию на печать периодических изданий. Как выяснилось, ни одна из этих типографий не готова сейчас принять эти газеты”. Это достаточно большой объем работы, станок в “Мэджике” был загружен почти круглосуточно. Так что на самом деле выбора у газет, в общем-то, нет. Но, по мнению директора “Мэджика”, то, что “газеты реально могут остаться без полиграфической базы, фирму “Знамение” не очень сильно беспокоит”.

Увлеченный в поиске нового станка Жук приходит к выводу, что “Нашу свабоду” просто боятся принять в типографию. Неизвестно, кто больше боится: то ли Госкомпечати, то ли типографии частные”. Проблема в том, что деятельность любой частной типографии находится под пристальным контролем со стороны власти. И нередки случаи прямого давления на типографии. Неослабевающий прессинг “Мэджика” - лучший пример этого властного внимания.

Для решения проблемы Жук предлагает добиваться “гарантии неприкосновенности для типографий, которые будут печатать негосударственные издания, либо дать возможность печататься в государственных типографиях”. Если в ближайшее время ничего не изменится, то 15 газет просто лишатся возможности выходить.

КТО ВИНОВАТ?

Найти виновного в том, что газеты лишатся полиграфической базы, несложно, по крайней мере, так кажется на первый взгляд. Есть хозяин станка - фирма “Знамение”, которая слабо интересуется судьбой газет. Суть спора - в сфере взаимоотношений двух бизнесменов и все можно списать на их обоюдную неуступчивость. К тому же со “Знамением” ни у одной из газет, печатающихся в “Мэджике”, нет договоров, но именно “Знамение” останется крайним в случившемся. На фирму будет свалена ответственность за происходящее. Этим непременно воспользуется официальная пропаганда. По убеждению Жука, “в 20-х числах в Беларусь приедет наблюдатель за СМИ от ОБСЕ из Вены господин Дувер. Можно не сомневаться, что власти попытаются подсунуть ему это как свару между оппозиционными газетами”.

Однако нельзя забывать, что конфликт вспыхнул после того, как была предпринята попытка разобраться с “Мэджиком”. Главный редактор “Нашай свабоды” убежден, что “если бы не прикрыли “Мэджик”, то не было бы никаких вопросов. Печатал бы “Мэджик” на своей машине, а два бизнесмена разобрались бы, в конце концов, пострелялись, но типография бы работала. Здесь с больной головы сваливают на здоровую. Абсолютно однозначный иезуитский ход - столкнуть лбами двух бизнесменов и потом заявить, что в этом виновата оппозиция...”

Не каждый день официальная пропаганда получает такие подарки, как публичные разбирательства в среде независимых СМИ. Достаточно вспомнить, как изысканно обсасывалось появление Сергея Навоева, уже бывшего журналиста "Народной воли", в эфире Белорусского телевидения.

Сейчас новый скандал, который позволит наглядно продемонстрировать электорату твердолобость и неуступчивость независимых СМИ, которые еще и тянутся в бизнес. В выигрыше останется только власть. Возможно, конфликт между бизнесменами возник с подачи извне и старательно планировался заранее. Тогда провокации становятся все более изощренными и циничными...
Добавить комментарий
Проверочный код