Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№36 (252) 18 сентября 2000 г. Экономика

РОССИЙСКО-БЕЛОРУССКАЯ ДРУЖБА КРЕПНЕТ ДОЛГАМИ. Ослабляют ее экономические интересы сторон

18.09.2000
Сергей ЖБАНОВ

В последнее время нечасто услышишь слова о славянском братстве. Все больше тревожных разговоров о судьбе российско-белорусского союзного государства, к которому прикованы интернациональные взгляды люмпенизированных слоев населения стран СНГ.

На первый взгляд, это более чем странное явление. Не на этот результат нацеливали нас идеологи Союза. До сих пор нас приучали к мысли о его неизбежности, играя на струнах святого кровного братства, а не братства нищих. Но стоит только внимательно присмотреться, как сразу начинаешь замечать, что по мере осуществления попыток реального экономического объединения двух государств аргументы, построенные на единокровном родстве народов, выглядят все нелепее и тише, а взаимные издержки возрастают. Москва, столкнувшись с непредвиденными союзными расходами, явно не стремится стать столицей четвертого пролетарского интернационала. У Минска издержки иного рода.

ОДИН ПЛЮС ОДИН РАВНО ОДИН

Усилиями двух структур (со стороны России - Центробанк, а со стороны Беларуси контрагентом переговорного процесса выступает Нацбанк) намечен комплекс последовательных шагов по ликвидации национальной белорусской валюты. Премьер-министр соседней страны в ходе брифинга по итогам недавно проведенных в Москве переговоров, нисколько не смущаясь, сообщил дату введения единой валюты - российского рубля - с 1 января 2005г. С 1 января 2008г. обещана и союзная валюта - надо полагать, для того, чтобы не оскорбить наши союзнические чувства. Напрасные опасения. Фактически Беларуси уже объявили, что последним днем существования белорусского рубля станет 31 декабря 2004г. Следовательно, эту дату можно считать официальным началом погребения ее экономического суверенитета. А вот Россия вряд ли лишится российского рубля с 1 января 2008г. Поэтому спокойствие российской общественности вполне объяснимо.

Но почему в Беларуси восприняли эту весть спокойно? Не было публичных демонстраций ни со стороны ярых националистов, ни умеренно настроенных патриотов. Более того, не наблюдается даже попыток взвешенного обсуждения этой темы. Всем - как по барабану. Куда делась неокрепшая поросль национального достоинства? А может, она растерялась в ходе ежедневного расчетного обслуживания семейного бюджета посредством доллара США? Или все увлеклись выборами, решив не тратить конструктивно-оппозиционные силы на бойкот российских рублей в качестве национальной валюты? Наверное, эта тема будет актуальна для парламентариев следующего призыва. А пока пусть это будут хоть пиастры - лишь бы побольше и потверже.

Наблюдая подобное равнодушие, не возьму на себя смелость определенно утверждать, будут ли следующие парламентские выборы носить формально республиканский или уже губернский характер. Опасения эти не напрасны. Оценив искреннее стремление белорусского руководства страны в лоно союзного государства, а также динамику внешних долговых обязательств Беларуси, с нами церемонятся все меньше. Сначала потихоньку похоронили разговоры об институте союзного президента, затем окончательно лишат надежды на второй эмиссионный центр, присвоив звание единого и неделимого эмиссионного центра Москве, в соответствии с оговоренными настоящим соглашением сроками. Хотя, по сути, наличие второго эмиссионного центра, жестко ограниченного в праве объемов эмиссии, не многое меняет. Разве что демонстрировало бы уважение к равным экономическим правам союзника. Но, увы, и в этом нам систематически отказывают. Наверное, не доверяют, учитывая широко известную социальную ориентированность "белорусской экономики" (в этом терминологическом сочетании с каждым годом все меньше экономики, а все больше совершенства принципов справедливого распределения).

Москва не собирается искать компромисс между либеральным российским и централизованным белорусским вариантами управления экономикой. Об этом в кулуарах переговорного процесса говорят почти открыто. И пусть никого не вводит в заблуждение риторика "о готовности проводить общую экономическую политику", закрепляемая соглашением о введении единой валюты и едином эмиссионном центре, "Коммерсантъ" прямо пишет о том, что "Минск должен взять безусловное равнение на жесткую финансовую политику, ее налоги, таможенное и валютное регулирование". И пока Беларусь созревает для выхода на заданные экономические параметры - по уровню инфляции, дефициту бюджета и платежного баланса, флуктуациям валютного курса - Москва скрепя сердце пообещала предоставить два кредита - на $200 млн. и на 4,5 млрд. руб. Но собирается сделать это в форме классического связанного кредита. "Стабилизационные деньги остаются на счетах ЦБ и до Белоруссии дойдут только при условии, если экономическая политика Минска станет московской".

Нравится это или нет, но подобный вариант выделения денег больше напоминает форму отзывного аккредитива, в котором Москва оставляет за собой право не финансировать как операцию "Жнiво-2001", так и местное административное вмешательство в экономику и широкие жесты в ходе президентской компании будущего года.

Подписав соглашение на описанных условиях, власти Беларуси продемонстрируют следующее. Первое: они заблудились в поисках своего пути экономического развития. Второе: собственных денег на выход из тупика нет. Третье: реформы придется проводить, причем по российскому сценарию.

ДОРОГОЙ СМЕРТИ

Беларусь, получив в наследство от Советского Союза неадекватную сырьевым ресурсам промышленную инфраструктуру, оказалась не в состоянии самостоятельно адаптировать ее к рыночным условиям при помощи структурных реформ и международных финансовых институтов. Не предприняв даже попытки реформирования, ПП РБ решил, что социальные потрясения ему ни к чему, а потому созданная в рамках империи индустрия обречена быть зависимой от бывшей метрополии: ее сырья и рынка. Поэтому вся последующая внешняя и внутренняя политика Беларуси была вполне предсказуема. Надвигающаяся со всей неизбежностью сдача национальной денежной единицы - всего лишь веха на пути к единению, но не финал. Это своего рода экономический приговор лежащей в финансовом кризисе национальной экономики, в свете которого указ президента N480, предусматривающий взимание НДС с товаров, происходящих из третьих стран, вполне можно расценивать лишь как ее суверенную конвульсию. Неужели кто-то поверит, что мы в состоянии отказаться от соглашения, а тем более от денег, пусть и обложенных условиями, но так кстати сопровождающих его? У Беларуси сегодня нет ни одной реальной альтернативы данной форме внешнего финансирования, что, разумеется, нашло отражение в жестком характере выдвигаемых Россией условий обсуждаемого соглашения.

Когда-то, в начале своего президентского срока, Лукашенко посетовал на пустой бюджет, доставшийся ему в наследство от правительства Кебича, но тогда были еще финансовые ресурсы банков и коммерческих структур вкупе с относительно не старыми основными фондами неприватизированных предприятий. За прошедшие годы дефицит бюджета не стал меньше, ресурсы коммерческих банков и предприятий истощены, а основные фонды изношены на 75 и более процентов. Шансы на иностранные инвестиции равны нулю. Внешний долг, по публичному признанию Лукашенко, составляет $2 млрд. Принимая во внимание, что оформленный государственный долг не изменился и по-прежнему составляет $1 млрд., нетрудно предположить, что второй миллиард мы должны главным образом России - за неоплаченные текущие поставки энергоносителей. Так что вариантов для маневра на переговорах о единой валюте и едином эмиссионном центре у Беларуси с годами становилось все меньше. Очевидно, в Москве стратегически правильно оценивают экономическую обреченность возможных решений белорусского руководства. За социальную стабильность, обслуживание интересов белорусской тяжелой промышленности и сельского хозяйства надо платить. Для начала - экономическим суверенитетом. Хватит заниматься самодеятельностью и бегать трусцой от финансового инфаркта без наблюдения врача. Но поскольку услуги дипломированного врача дороги, наша страна решила заниматься джоггингом под наблюдением соседа по больничной палате, у которого все сердце в шрамах. Опыт ценнее дипломов.

В этом выборе смущают два обстоятельства. У России, как у страны с ярко выраженной сырьевой структурой экспорта, избыточная ликвидность и, следовательно, возможность для финансовой поддержки белорусских реформ появляется периодически, а больше всего - в условиях хорошей конъюнктуры рынка энергоносителей. К сожалению, благоприятный конъюнктурный период может длиться максимум 3-5 лет, в то время как интервалы между ними составляют как минимум 20 лет. В ходе неурожайных интервалов Россию посещают политическая смута, мысли об экономических реформах и желание занять денег для покупки товаров повседневного спроса, а также под гарантию будущих реформ. Результат этих конъюнктурных колебаний обнаруживается в величинах внешнего долга ($164 млрд.) и золотовалютных резервов России ($23 млрд.).

Беларуси - как суверенному государству, подписавшему соглашение о единой валюте и едином эмиссионном центре, - остается только надеяться, что высокая нефтяная конъюнктура продержится до 1 января 2005г. и российских денег хватит не только на замену белорусского рубля российским. Но есть слабая надежда, что и в случае окончания благоприятного конъюнктурного периода для белорусских реформ будет не все потеряно, кроме российского финансирования. Если войти в состав России в аккурат к концу данного периода, то завершить белорусские экономические реформы можно будет уже на кредиты Запада. По этому сценарию Беларусь сможет не только догнать Россию, но и одновременно провести реформы пенсионного обеспечения, завершить реформы налогового и таможенного законодательств, децентрализацию управления и на плечах бывшего союзника войти первой среди 89 губерний (точнее, уже 90) в зону евро.

Этот пункт назначения назван не ради шутки. В России уже сейчас раздаются голоса о неизбежности ее долгосрочной ориентации на единую валюту и единый с Европой эмиссионный центр. Так может быть, и белорусам следовало бы входить туда не со стороны Владивостока? Или мы уже опоздали с этим глупым вопросом?

Опыт создания еврозоны актуален для Беларуси уже сегодня, если ее руководство думает не только о стабилизационных российских кредитах. Последствия вхождения экономики одного государства в зону действия межнациональной денежной единицы вполне могут быть смоделированы на опыте стран Евросоюза. Это, прежде всего, механизм бюджетного планирования, связанный с определением приоритетов в иерархии государственных потребностей, их оптимизации и количественного определения с учетом доходной и расходной частей бюджета. Очевидно, что страна, входящая в зону действия российского рубля, вынуждена будет согласовывать каждую расходную статью бюджета с правительством России, и зафиксированный размер бюджетного дефицита станет не просто формальностью, корректируемой дважды в год. Дотировать нас сверх уже установленных ценовых льгот на газ Россия пока явно не собирается. Некогда великая держава сегодня мечется между необходимостью повышать материальный уровень жизни собственного населения и обновлением основных фондов, изношенных более чем на 50%. Россия, пытаясь экономить на всем, даже не выполняет своих обязательств в рамках утвержденного союзного бюджета по ряду совместных экономических проектов. Из-за неплатежеспособности в России целые области и края сидят без света и тепла, в то время как страдающая хроническим кризисом ликвидности, но пока суверенная Беларусь, находясь на правах верного союзника, подобных перебоев не знает. Имея горячее питание, теплые батареи и работающее телевидение, простые жители Беларуси убеждены в верности внешнеполитического вектора страны. Международная изоляция заметна лишь высшему руководству республики, верстающему планы развития и сталкивающемуся с постоянным дефицитом твердых денег, заставляя его идти все дальше и дальше от своего экономического суверенитета.

ПОМОГИ СЕБЕ САМ

Не Россия выталкивает нас на этот путь. Ей хорошо известна цена воссоединения двух Германий, и у нее нет на подобные цели десятков миллиардов марок. Ее правительство даже и не думает о покупке новых дотационных регионов и поэтому не демонстрирует желания финансировать белорусские экономические эксперименты, а лишь пытается заставить Беларусь проводить реформы, ограничивая союзнические расходы бюджетом. Своим решением о выделении кредитов, направляемых на стабилизацию национальной белорусской валюты, Россия лишь подтвердила последовательность своих намерений на унификацию экономических механизмов в соответствии с российскими стандартами. Не секрет, что выделяемых денег не хватит на покрытие даже половины отрицательного сальдо белорусского платежного баланса, не говоря уже о необходимости валютных интервенций для поддержания стабильного курса. Опыт России подтверждает это: в 1998г. денег МВФ не хватило, и правительство было вынуждено пойти на дефолт. Сегодня удерживать курс рубля России удается лишь благодаря нарастающему потоку нефтедолларов и репатриации 75% валютной выручки через Центробанк. Связывая себя с российским рублем, белорусское правительство должно всегда помнить об этом. У Беларуси новых сырьевых источников валюты не ожидается, а старые скудеют год от года.

Но сократить дефицит платежного баланса можно и без стабилизационных кредитов, используя механизм стимулирования экспорта через девальвацию национальной валюты, что и удалось сделать в 1999г. В нынешнем году рыночный курс белорусского рубля оставался относительно стабильным, и, как закономерное следствие, сейчас наблюдается рост отрицательного сальдо платежного баланса. В 2001г. белорусское правительство, судя по обнародованным цифрам ежемесячной девальвации белорусского рубля в 2% по отношению к российскому рублю и 2,5% к доллару США, не сможет изменить эту тенденцию, и тогда придется задействовать средства из стабилизационных кредитов. В экономико-математическом смысле задача стабилизации курса национальной валюты противоречит задаче сокращения отрицательного сальдо платежного баланса. Будем надеяться, что принятые на вооружение белорусским правительством ориентиры девальвации национальной валюты в 2001г. не находятся в столь вопиющем противоречии с размерами собственных золотовалютных резервов и российских стабилизационных кредитов.

Но в стратегическом смысле данный вопрос не может сводиться к примитивной формуле "хватит или нет?" или "дадут ли еще?". Нужна гибкая валютная политика, построенная с учетом суровых реалий бедной страны третьего мира, которая не может себе позволить в ближайшей перспективе такую роскошь как твердая, полностью конвертируемая валюта. Не осуществляя реформ, оплачивая лишь эту идею-фикс, можно разбазарить золотовалютные резервы не только своей страны, но и стран-кредиторов.

Безусловно, и Россия, и Беларусь обречены на структурные реформы и технологическое обновление индустрии. Но Россия может себе позволить роскошь - еще некоторое время обходится без них, а Беларусь - нет. Нашему моложавому кормчему давно следовало понять эту истину и, набравшись смелости, перенести руки со стоп-крана на штурвал. Ехать надо, а не стоять. События развиваются так, что от реформ не спрятаться даже в рублевой зоне.
Добавить комментарий
Проверочный код