Понедельник, 5 Декабря 2016 г.
Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Что означают атаки российских СМИ на Беларусь?
это эксцесс исполнителя
после информобработки Украины настала очередь РБ
это заказ Кремля
атака СМИ - вымысел оппозиции
РБ надо прекратить поставки санкционных продуктов в РФ
РБ надо принять условия РФ в нефтегазовой сфере
№32 (248) 21 августа 2000 г. Общество

ХОТЕЛИ КАК ЛУЧШЕ, А ПОЛУЧИЛОСЬ... как хуже

21.08.2000
Александр СТУДЕНЦОВ

В разгар лета вступил в силу закон "О мерах по предотвращению легализации доходов, полученных незаконным путем", который станет нелегким испытанием для отечественного бизнеса. Теперь к таким формам государственного контроля, как лицензирование видов деятельности, декларирование доходов и имущества, таможенное декларирование товаров, регистрация прав и сделок, отслеживание крупных платежей, переводов в оффшорные зоны и т.п., добавилась регистрация финансовых операций лицами, их осуществляющими.

Закон обращает пристальное внимание на международные переводы из регионов, "где, по сведениям уполномоченных государственных органов, осуществляется нелегальное производство наркотических средств ... либо концентрируются значимые средства лиц или для лиц, в отношении которых имеются достаточные основания полагать, что они являются участниками нелегального производства или распространения оружия". Но наши родниково-чистые финансовые ручейки настолько мелководны, что в них сразу же будут обнаружены чужеродные потоки грязных денег от проституции или нелегальной торговли оружием. А изрядная доля просроченной дебиторской и кредиторской задолженности чревата для оборотистых мафиози задержкой расчетов за собранный урожай коки. В общем, не было экстренной необходимости ставить заслон капиталам колумбийских наркобаронов, которых могла бы прельстить доступность и финансовая подвижность синеокой Беларуси с ее свободными экономическими зонами.

Закон предназначен для внутригосударственного употребления. Он содержит пространные списки финансовых операций и ответственных лиц, которые обязаны составлять на них регистрационные формуляры. Первый список открыт для расширительного толкования фразой "иные деяния,... направленные на возникновение, изменение или прекращение имущественных прав на средства". Второй включает всех, кто осуществляет хоть какие-то финансовые операции. Некоторые операции должны многократно "оформуляриваться" единовременно или поэтапно: банком, плательщиком и получателем средств, нотариусом и зарегистрировавшим сделку учреждением, хранителем средств и застраховавшей их организацией. Тут уж не приходится говорить об эффективной борьбе против отмывания денег. Хватило бы сил и средств несчастным налоговым инспекциям на обработку формуляров.

Логика восстает против этой перспективы. Но в законе не определено понятие "место совершения" финансовой операции, по которому она будет регистрироваться, и не предусмотрено, что формуляры должны составлять только получатели средств. Он простирает свои императивы на "деяния субъектов права, осуществляющих финансовые операции".

Направленность на легализацию незаконных доходов предполагается даже в правомерных действиях (и в бездействии тоже) юридических лиц и граждан. Для этого нужно только чтобы они участвовали в финансовых операциях, сумма которых превысила определенный лимит, либо представители контрольных органов усмотрели "наличие обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии связи деятельности владельца счета с поступлением этих средств". Проверке подвергнутся также операции, проведенные "с нарушением установленного порядка оформления", или если в них имеются всего лишь "признаки недействительности сделок". К тому же госорганы сориентированы "в целях выполнения задач по предотвращению легализации доходов... принимать меры по предотвращению легализации доходов" (ст. 8).

Поэтому даже не подлежащие особому контролю финансовые операции с незначительными суммами будут отслеживаться именно на предмет их чистоты. Так что безобидная бухгалтерская ошибка порождает риск уголовной ответственности за отмывание денег, а не щадящей административной - за нарушение законодательства о налогах или предпринимательской деятельности, как это происходило раньше.

Конечно, субъекты экономических отношений зачастую имеют обыкновение самым приблизительным образом юридически оформлять хозяйственные операции, провоцируя применение санкций. Но даже когда они обретут потребность в составлении полноценных договоров и сопутствующих документов, им будет трудно преодолеть реакционный потенциал закона по отношению к коммерческой циркуляции ресурсов и предпринимательству в целом. К тому же он буквально соткан из противоречий.

Например, по его терминологии (ст. 2), одна из возможностей легализации доходов может выражаться в придании правомерного вида (т.е. публичности) владению доходами путем их сокрытия (утаивания). Заграничным воротилам такие виртуозные махинации и не снились. Еще труднее придется госоргану, который обязан приостановить незаконную финансовую операцию после того, как будет установлен факт ее совершения (ст. 8). Эта законодательная несуразица грозит неминуемой отменой завершившейся операции для финансиста или неисполнением обязанности - для контролера. Да и самого закона исполнение имеет весьма туманные очертания.

Чего стоит норма об особом контроле над финансовыми операциями, общая сумма которых в течение месяца достигла 2000 минимальных зарплат для граждан или 20000 - для иных субъектов права (ст. 4)? Сколько бы их ни было, но каждая - должна быть зарегистрирована с отправкой формуляров в налоговые инспекции, а по валютным операциям - также в Комитет госконтроля. Не исключено, что под такого рода операциями подразумеваются единичные договоры, расчеты по которым происходят периодически за партии поставленного товара. Если это так, то целесообразно переходить от долгосрочных договоров к разовым, чтобы уменьшить себе объем отчетности. При условии, конечно, что по каждому из них в отдельности платежи не достигнут названную сумму.

Однако действовать нужно осторожно пока не сформируется практика применения закона. Он имеет достаточное количество положений, помимо названных выше, которые могут быть свободно интерпретированы проверяющими. А проверяемые несколько ограничены в открытом отстаивании своей правоты, так как им запрещено разглашать данные о фактах передачи уполномоченным органам информации по финансовым операциям (ст. 3). Причем был бы понятен запрет на разглашение содержания переданной информации, а так главное состоит в том, чтобы она доводилась до сведения уполномоченных органов без излишнего шума, негласно.

В России бурный протест общественности вызвал законопроект, который деликатно гласил "О контроле за крупными покупками". Белорусские законодатели не церемонятся в выражениях. До сих пор предполагалось, что государство контролирует направления использования средств из соображений статистической осведомленности или в целях экономического прогнозирования. Отныне это похоже на интерес следователя к подозреваемому.

Правовое обеспечение хозяйственной деятельности (лицензия МЮ РБ N 896 от 22.12.99. на 5 лет).

Исследования и разработки в области права.

Тел.: (017) 216-86-82.
Добавить комментарий
Проверочный код