Видео «БелГазеты»
Опрос онлайн
Футболисты БАТЭ вышли в 3-й раунд квалификации Лиги чемпионов. Что светит борисовчанам?
выйдут в групповой турнир Лиги чемпионов
пройдут в группу Лиги Европы
вылетят из всех турниров
увольнение главного тренера после поражения в 3-м раунде
№24 (1100) 27 июня 2017г. Общество

«Язык не поворачивается назвать взятку взяткой»

30.06.2017, Виктор Федорович

Судебное следствие в Минском областном суде по делу ошмянских таможенников, обвиняемых в коллективной коррупции, практически завершено. Прокуроры, обвиняемые и их адвокаты готовятся к прениям сторон. На минувшей неделе в суде продолжились допросы фигурантов после предъявления им новой версии обвинения (см. N23 от 20 июня т.г.). У каждого из них своя правда и свой взгляд на произошедшее. Оценки порой весьма неожиданные, с признанием вины и отрицанием очевидного.

  «Язык не поворачивается назвать взятку взяткой»
Юрий Ковальчук: «Нахлобучивать на меня два эпизода с взятками - это просто верх цинизма!»
  Фото: kp.by

В Минском областном суде ответ держат 16 обвиняемых. Из них к службе в таможне отношение имели 14 человек, обвиняемых по ч.3 ст.430 УК (получение взятки организованной группой в особо крупном размере). Еще двое обвиняемых - гражданин Литвы коммерческий директор компании «Литовский транзит» Артур Тураев и индивидуальный предприниматель из Островца Павел Ревако - обвиняются по ч.2 ст.431 УК в даче взяток таможенникам. По утверждению стороны обвинения, за период действия организованной группы с декабря 2010г. по 21 марта 2015г. за взятки через таможенный пункт пропуска «Каменный Лог» беспрепятственно пропустили 4492 партии цветочной продукции. Общая сумма взяток на всех составила не менее $876,7 тыс. и 19,2 тыс. евро.

При этом следует учитывать, что одна партия - одна фура, за которую в зависимости от договоренностей сторон и вида груза платили от $80 до $250, а в отдельных случаях ставка взяток возрастала до $600.

Аналогичная фабула звучит еще в четырех райсудах Минска (Фрунзенском, Октябрьском, Партизанском и Заводском), где также рассматриваются уголовные дела по обвинению в коррупции бывших ошмянских таможенников, по большей части рядовых инспекторов. Официально дела разные, на самом деле все это одна история, в которой, по сценарию следствия, участвовали 58 человек. Как тут определить: кого, за что карать или миловать? Чтобы все было по закону и справедливости. Особенно, когда часть доказательной базы представляет собой слово одного фигуранта против слова другого.

ВЗЯТКИ НЕ БРАЛ И НЕ ДАВАЛ

Бывший сотрудник таможни Валерий Башлыкевич в ходе предварительного расследования и в ходе суда свою вину признал, но с существенными оговорками. Роль его в этой истории свелась к банальному посредничеству между взяткодателем - бизнесменом Андреем Муратовым - и бывшими коллегами в передаче информации по грузам и денег. Однако, как ни странно, его обвиняют по ч.3 ст.430 УК (получение взятки в особо крупном размере в составе организованной группы). С этим он категорически не согласен, о чем и заявил прокурору.

Башлыкевич: - Обвинение по ч.3 ст.430 УК не признаю в полном объеме. Признаю только факт передачи денежных средств сотрудникам Ошмянской таможни и таможенного поста «Каменный Лог» за ускоренное оформление цветочной продукции, следующей в адрес фирм «Ультралайф» и «Гармония», представителем которых я являлся. Также признаю факт передачи денежных средств сотруднику отдела анализа Попченко за предоставление информации о готовящихся или планирующихся мероприятиях в отношении цветочной продукции и начальнику отдела контрабанды Якутенко за оперативный досмотр на посту «Каменный Лог» цветочной продукции.

(Бывший главный инспектор отдела анализа и управления рисками Дмитрий Попченко находится в одном «аквариуме» с Башлыкевичем. Процесс по делу экс-начальника отдела по борьбе с контрабандой и административно-таможенными нарушениями Игоря Якутенко и его 6-ти бывших подчиненных проходит в суде Заводского района столицы. - «БелГазета».)

По словам Башлыкевича, он был посредником, связующим звеном между таможенниками и неким Андреем, от которого получал деньги для передачи за ускоренное оформление машин с цветами. Он несколько раз подчеркнул именно «за ускоренное оформление», а не «за беспрепятственный пропуск», как указано в обвинении. «Договоренностей о беспрепятственном прохождении грузов не было. Речь шла об ускорении этой процедуры таможенного оформления, чтобы все было в соответствии с законодательством. Нет ни одного факта, что таможенники нарушали законодательство при оформлении цветочной продукции», - заявил Башлыкевич.

Не согласен он и с общим количеством вмененных ему машин - 650 - и общей суммой денег - $160,02 тыс., которые, по версии прокуроров, он передал своим бывшим коллегам. Обвиняемый подсчитал, что и машин было меньше, а итоговая сумма составляет не более $159,5 тыс.

Также он пояснил, что ставки денежных средств за ускоренное оформление машин он не устанавливал и сам из этих денег ничего не получал. По его словам, сперва он рассчитывал, что Андрей назначит ему некоторое вознаграждение за услуги, однако в дальнейшем он начал развивать свой транспортный бизнес - Андрей ему помог с обретением клиентов, ремонтом машин и советами. «Я счел, что этого достаточно», - сообщил Башлыкевич.

Весьма любопытный психологический момент. Башлыкевич, как и другие обвиняемые, признающие в той либо иной мере свою вину, в своих выступлениях словно чураются называть вещи своими именами. Слово «взятка» в их лексиконе практически отсутствует. Вот и Башлыкевич упорно обходил этот юридический термин стороной, называл как угодно - «денежные средства», «денежное вознаграждение», но не взятка. Один из обвинителей - в процессе их двое - обратил на это внимание.

Прокурор: - На вопрос адвоката вы сказали, что передавали не взятки, а денежное вознаграждение. Как бывший работник таможенных органов, скажите, какое-то денежное вознаграждение от других лиц имеет право получать сотрудник таможенных органов?

Башлыкевич: - Разумеется, нет.

Прокурор: - Почему вы не считаете денежные средства, которые вы передавали сотрудникам таможни, взяткой?

Башлыкевич: - Уважаемый государственный обвинитель! Если подходить с буквы закона, да, я признаю, что совершил преступление по ст.431 УК - дача взятки. С позиции юридической эти денежные средства - взятка. Но если смотреть с другой стороны, то взятка ассоциируется с противоправными действиями. То, что я слышал и видел в материалах дела, по моему мнению и убеждению, нигде нет свидетельств, что сотрудники таможни совершали противоправные действия. Так что с точки зрения обывательской это денежное вознаграждение назвать взяткой - язык не поворачивается так говорить. Речь шла о том, что действия таможенников по оформлению цветочной продукции ничем не отличались от оформления любой другой. Противоправных действий в действиях сотрудников таможни не было. Поэтому я оцениваю их действия с моральной стороны.

ПОПУСТИТЕЛЬ И ВЗЯТОЧНИК?

По статусу среди всех 58 обвиняемых Юрий Ковальчук на свободе занимал самое высокое положение. В прошлом он руководил службой собственной безопасности, а с сентября 2013г. занимал должность замначальника Ошмянской таможни по правоохранительной работе. Сегодня он на скамье обвиняемых. Ему инкриминируется получение взяток: от бывшего начальника отдела таможенного оформления пункта «Каменный Лог» Игоря Высоцкого - «не менее $3 тыс.» и от бывшего начальника отдела по борьбе с контрабандой Игоря Якутенко - «не менее $300».

В довесок Ковальчука обвиняют в совершении преступления по ч.3 ст.425 (бездействие должностного лица). По версии обвинения, он не только брал взятки, но и, будучи должностным лицом, занимающим ответственное положение, не исполнял свои служебные обязанности и попустительствовал совершению коррупционных преступлений на Ошмянской таможне.

Свое отношение к обвинению Ковальчук выразил такими словами:

- Предъявленное мне обвинение я не признаю в полном объеме. Я не совершал тех проступков, которые мне вменяются, единственное, что я нашел в обвинении, что ко мне применимо, так это непринятие достаточных мер по пресечению противоправных действий должностных лиц таможенных органов. То, что 58 человек оказались на скамье обвиняемых, я полагаю, что меры, которые принимались руководством таможни, они были явно недостаточными. Но я категорически против того, что эти меры не применялись с моей стороны из какой-то личной или корыстной заинтересованности. Я никогда не шел на поводу ни у группы, ни индивидуально, не выполнял никаких просьб и никаких поручений, не был вовлечен в состав группы, не осуществлял никаких действий в ее интересах.

Мне в обвинении вменено 4169 машин, в перемещении которых я оказывал какое-то содействие. Вообще вопрос выдачи разрешений на перемещение машин никогда не входил в мою компетенцию. Я никогда не осуществлял таможенных операций, связанных с оформлением транспортных средств на границе. Если я кому-то якобы оказывал содействие, то должно быть указано, кому конкретно. В ходе предварительного следствия не были установлены факты нарушений таможенного законодательства. Я еще раз подчеркиваю, что я не знал о совершении какой-то противоправной деятельности. Все в зале - установленные лица, неустановленных нет, как один все говорят, что никогда не поддерживали со мной никаких разговоров, никогда не информировали меня о том, что существует группа должностных лиц, получающих взятки. Поэтому не могу признать обвинения в свой адрес.

Показания, которые против него дали Высоцкий и Якутенко, Ковальчук назвал «позорной историей»: «Я всегда хорошо относился к людям, я не снимаю с себя ответственности за этих людей. Я согласен, коль я был руководителем, мне доверили, то я и несу ответственность за то, что произошло. Но навязывать мне, нахлобучивать на меня два эпизода с взятками - это просто верх цинизма! Все выстроено на голом месте, потому что так надо было следствию».

Обвиняемый Ковальчук не согласился с утверждением прокуроров, что на таможне не велась оперативная работа по выявлению нарушений: «За 2014г., когда я был замначальника, этой [с различными нарушениями] цветочной продукции было выявлено на Br5 млрд. То есть работа в отношении цветочной продукции велась достаточно активно, если ее сравнивать с другими категориями товаров».

На вопрос, почему не было разработок в отношении должностных лиц таможни, Ковальчук ответил: «Ну, отсутствие информации, что еще сказать… Не было информации, не было разработок. Но на момент, когда активно работала группа [преступная], я не работал в отделе собственной безопасности, и эта служба не была мне подчинена, какие мероприятия у них проводились, не могу
сказать».

Прения сторон в Миноблсуде планируется начать 29 июня.

«БелГазета» продолжает следить за процессом.

Добавить комментарий
Проверочный код